Об обстоятельствах непреодолимой силы (форс-мажоре)
в контрактной системе

Правоотношения в области контрактной системы во всем их многообразии часто касаются понятия непреодолимой силы. Закон о контрактной системе упоминает действие непреодолимой силы как основание, от наличия которого зависит:
- освобождение от уплаты стороной по контракту неустойки,
- право заказчика отменить определение поставщика (подрядчика, исполнителя) до заключения контракта,
- возможность приостановить подписание контракта,
- право заказчика закупить товары, работы или услуги у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя).

Вместе с тем, у субъектов контрактной системы очень часто возникает вопрос об отнесении причин конкретного обстоятельства к действию непреодолимой силы. Дефиниция «непреодолимая сила» в Законе о контрактной системе отсутствует, однако, это понятие определено в гражданском законодательстве, являющемся нормативной основой.

Гражданский кодекс Российской Федерации определяет непреодолимую силу как чрезвычайные и непредотвратимые при данных условиях обстоятельства. К таким обстоятельствам ГК РФ не относит нарушение обязанностей со стороны контрагентов, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств.

Несколько более подробную характеристику признакам неотвратимой силы дано в Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7, в соответствии с которым «требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях. Если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий. Не могут быть признаны непреодолимой силой обстоятельства, наступление которых зависело от воли или действий стороны обязательства».

Данная характеристика согласуется с позицией Президиума ВАС РФ, изложенной в Постановлении от 21.06.2012 N 3352/12 и в Постановлении от 20.03.2012 № 14316/11.

Автор считает также удачной характеристику, дополняющую понятие непреодолимой силы, данную в Постановлении Президиума ВАС РФ от 21.06.2012 N 3352/12, которую суды до сих пор часто повторяют. Так, в решении АС г.Москвы по одному из дел суд вслед за ВАС РФ указывает, что «чрезвычайный характер непреодолимой силы не допускает квалификации в качестве таковой любого жизненного факта, ее отличие от случая в том, что она имеет в основе объективную, а не субъективную непредотвратимость».

Разумеется, наибольший интерес для специалистов в области контрактной системы представляет актуальная судебная практика, которая позволяет определить конкретнее, какие из обстоятельств, возникающих в процессе осуществления закупок, следует отнести к непреодолимой силе, а какие из них к таковой не относятся.

По результатам осуществленного нами анализа можно сделать вывод о том, что арбитражные суды достаточно редко относят какие-либо обстоятельства к действию непреодолимой силы.

Так, к действию непреодолимой силы суды относят санкции Европейского Союза, а также ответные санкции РФ.

Так решением АС г. Москвы по делу № А40-39224/2017 от 04.08.2017 г. было установлено, что нарушение обществом сроков исполнения обязательств по государственному контракту явилось следствием введения правительственными актами Европейского Союза ограничений на оказание услуг и проведение работ, что в соответствии с пунктом 9 статьи 34 Закона № 44-ФЗ освобождает сторону контракта от уплаты неустойки.

Аналогичная позиция отображена и в решении АС г. Москвы по делу N А40-42441/2018 от 21 декабря 2018 г.. Данное решение примечательно ссылкой суда на Принципы международных коммерческих договоров (Принципы УНИДРУА), в соответствии со статьей 7.1.7. которых под «непреодолимой силой (форс-мажором)» подразумевается препятствие, находящееся вне контроля лица, не исполнившего обязательство.

Однако не всегда сам факт наличия санкций ЕС и ответных санкций РФ освобождает сторону контракта от уплаты неустойки.

Так, Решением АС Краснодарского края от 11 декабря 2018 г. по делу N А32-55321/2017 установлено, что ответчик ссылался на приостановку деятельности ООО "Сименс Здравоохранение" по поставке ангиографических аппаратов Artis One в адрес российских потребителей в связи с внутренней реорганизацией, а также в связи с вводом в октябре 2017 года международных санкций, введенных против России, и ответных санкций России, запрещающих экспорт или импорт товаров в/из Российскую(ой) Федерацию(и), что привело к невозможности исполнения заключенного между ответчиком и ООО "Сименс Здравоохранение" договора. Вместе с тем, ответчиком своевременно, в порядке, предусмотренном контрактом, не был представлен истцу документ (сертификат), подтверждающий свидетельствование уполномоченным органом Торгово-промышленной палатой России наступление обстоятельств непреодолимой силы (форс-мажор). Поскольку ответчиком не были совершены все возможные и необходимые действия в целях уведомления заказчика о наличии обстоятельств непреодолимой силы и их надлежащего подтверждения, суд взыскал штраф в полном объеме.

Следовательно, наличие действия непреодолимой силы должно быть установлено в порядке, определенном сторонами в контракте, или при отсутствии в контракте такого порядка в порядке, определяемом обычаями делового оборота, и о наличии такого обстоятельство следует надлежащим образом уведомить контрагента.

Ведя речь о правовых актах, следует отметить, что многие заказчики в проектах контрактов указывают, что принятие нормативных правовых актов является действием непреодолимой силы. Вместе с тем, нами выявлена судебная практика, указывающая на то, что вступление в силу каких-либо нормативных актов государственных органов не относится к форс-мажору.

Так, решением АС Челябинской области от 14 ноября 2017 г. по делу N А76-10272/2017 признано законным решение Челябинского УФАС России от 27.03.2017 N 62-ВП/2017. Указанным Решением признаны противоречащими законодательству о контрактной системе положения пункта 7.9. проекта контракта. В данном пункте Заказчик указал, что стороны освобождаются от ответственности за частичное или полное неисполнение обязательств по Контракту в случае наступления обстоятельств непреодолимой силы, к которым среди прочих относятся вновь принятые правовые акты РФ, субъекта РФ - Челябинской области и органов местного самоуправления города Челябинска. Суд указал, что «правовые акты принимаются путем осуществления определенных последовательных действий, процесс принятия правовых актов не обладает признаками чрезвычайности и непредотвратимости. Таким образом, неправильно признавать обстоятельством непреодолимой силы принятие публичными органами нормативных актов в порядке обычной правотворческой деятельности». Поэтому суд согласился с выводом антимонопольного органа, в соответствии с которым заказчик включил в проект контракта основание освобождения от ответственности, которое не относится к обстоятельствам непреодолимой силы, и тем самым, установил в проекте контракта условие освобождения от ответственности, которое не предусмотрено частью 9 статьи 34 Закона о контрактной системе.

Аналогичное по сути решение было принято АС Челябинской области 08.07.2019 г. по делу N А76-33111/2018. Таким образом, данную практику можно считать устоявшейся на территории данного субъекта. Однако аналогичный подход встречается и в решениях иных судов.

Возвращаясь к примерам, когда суд признавал причиной обстоятельства действие непреодолимой силы, обратим внимание на решение АС Нижегородской области от 10 сентября 2018 г. по делу N А43-19973/2018, которым к действию непреодолимой силы был отнесен аномально высокий уровень воды в реке Волге, препятствующий выполнению берегоукрепительных работ. Отметим, что ответчик по данному делу при исполнении своих обязательств вел себя добросовестно, выполняя те виды работ, на которые действие непреодолимой силы н сказывалось, а также надлежащим образом фиксируя факт действия непреодолимой силы и уведомляя о нем Заказчика.

Природные явления зачастую принято относить к непреодолимой силе. В первую очередь речь идет, разумеется об осадках, однако далеко не всегда суд относит их к таковой.

Решение Арбитражного суда Хабаровского края от 14 августа 2019 г. по делу N А73-9171/2019 является тем случаем, когда суд посчитал обильные осадки действием непреодолимой силы. В связи с чем, представляет интерес обоснование наличия данного факта. Согласно представленной в материалы дела ответчиком справки ФГБУ "Камчатское УГМС" от 12.09.2018 года N 04/7-2473, в период с 27.08.2018 года по 10.09.2018 года (за исключением двух дней) наблюдалось ежедневное выпадение атмосферных осадков в виде дождя с суточными суммами 0.1 мм и более.

Согласно "ОДМ 218.3.102-2017. Отраслевой дорожный методический документ. Методические рекомендации по устройству асфальтобетонных покрытий при неблагоприятных погодных условиях" (издан на основании Распоряжения Росавтодора от 06.09.2018 N 3372-р) при выпадении обильных осадков производить работы по устройству асфальтобетонных покрытий запрещается.

В соответствии с СП 78.13330.2012 "Свод правил. Автомобильные дороги. Актуализированная редакция СНиП 3.06.03-85" асфальтобетонные смеси следует укладывать в сухую погоду, выполнение работ недопустимо при повышенной влажности.

Следовательно, выполнение работ в период выпадения атмосферных осадков с 27.08.2018 года по 10.09.2018 года повлекло бы нарушение технологии выполнения работ и требований к качеству работ, что является недопустимым в силу условий контракта.

При этом, предусмотреть значительное отклонение климатических показателей в указанный период стороны на момент заключения контракта не могли.

Таким образом, суд посчитал, что ответчик не имел реальной возможности завершить работы в сроки, определенные контрактом, так как сам по себе характер работ на открытой местности не позволяет создать необходимые условия (защита от осадков), которые позволяли бы выполнять работы на значительной площади.

Однако подобная точка зрения является скорее исключением из общего правила, по которому суда отказываются признавать осадки проявлением действия непреодолимой силы.

Так, в решении Арбитражного суда Республики Коми от 02.05.2017 г. по делу № А29-25/2017 суд пришел к следующим выводам. Решение о заключении контракта на выполнение работ в осенний период с неустойчивой погодой и возможностью выпадения осадков, равно как и последующие решения, принимаемые Обществом в ходе исполнения контракта, относятся к риску осуществления им самостоятельной коммерческой деятельности с наступлением соответствующих последствий, в том числе неблагоприятных. Судами установлено, что в период проведения работ (с 30.09.2016 по 31.10.2016) погодные условия (низкая температура воздуха, осадки в виде дождя) являлись обычными для климатической зоны город Воркуты (за полярным кругом, в зоне распространения вечной мерзлоты район Крайнего Севера), и правильно не отнесены к обстоятельствам непреодолимой силы.

Согласно Решению АС Ростовской области от 17 октября 2017 г. по делу N А53-23596/2017, возражая против заявленных заказчиком требований об оплате неустойки, ответчик указал, что в период исполнения контрактов имело место выпадение осадков выше нормы на 285% (март) и 274% (май). Указанное обстоятельство повлияло на темпы и виды выполнения работ не только в указанный период, но и после него, так и в июне 2016 г. затруднительным являлось выполнение работ по влажному и непросохшему основанию, что также отражено в заключении Торгово-Промышленной палаты. Рассматривая указанный довод ответчика, суд пришел к выводу о том, что установление в марте и мае 2017 года погоды с обильными осадками в Ростовской области не может относиться к природным явлениям стихийного характера, поскольку является прогнозируемым событием, а, следовательно, не может рассматриваться в качестве непреодолимой силы, так как не обладает признаками исключительности и объективной непредотвратимости, в том числе, учитывая, что объектом долевого строительства является квартира.

Согласно Решению АС Самарской области от 17 августа 2018 г. по делу N А55-5722/2018 ответчик указал, что согласно справке Гидрометеоролического центра ФГБУ "Приволжское УГМС" от 20.07.2017 N 09-07-04/170 в период с 01.03.2017 по 17.07.2017 были неблагоприятные погодные условия, а в силу п. 10.3 контракта, в случае наступления обстоятельств непреодолимой силы, срок выполнения обязательств по контракту отодвигается соразмерно времени, в течение которого действуют такие обстоятельства и их последствия. Однако суд пришел к выводу о том, что ответчиком не представлены доказательства того, что погодные условия в период с марта 2017 года по июль 2017 года препятствовали выполнению работ на объекте и что указанные виды работ не могут выполняться в конкретных погодных условиях.

Решением АС Челябинской области от 7 ноября 2017 г. по делу N А76-7758/2017 суд признал обоснованным вывод антимонопольного органа о том, что заказчиком незаконно было принято решение об отмене электронный аукциона на выполнения работ по реконструкции автомобильной дороги Водопойка-Луговая (извещение N 0169200003617000003) на основании части 2 статьи 36 Закона о контрактной системе в связи с обстоятельствами непреодолимой силы, связанной с аномально большим количеством снежного покрова в кюветах, резервах, полосе отвода, придорожной полосе на автомобильных дорогах IV-V категориях. Указанное обстоятельство, по мнению заказчика, могло повлечь за собой максимальное водонасыщение земляного полотна и дорожной одежды указанных автомобильных дорог Челябинской области, в связи с чем, выполнение работ по ремонту, капитальному ремонту, реконструкции, строительству щебеночных и грунтовых автомобильных дорог необходимо выполнять в летний период с установившимися положительными среднесуточными ночными температурами воздуха после просыхания земляного полотна и дорожной одежды.

В соответствии с ГСН 81-05-02-2007 летним периодом времени является период с 10 апреля по 25 октября.

Таким образом, заказчик осознавал, что период с октября по март для климатической зоны, на которой расположена Челябинская область, характерно наличие низких температур и выпадение осадков в виде снега. Кроме того, в пункте 2.2 тома 3 проектно-сметной документации указано, что разрушение снежного покрова начинается в начале первой декады апреля, сход снежного покрова происходит в конце второй декады апреля. На основании изложенного, судом подтвержден вывод Челябинского УФАС России о необоснованной ссылке заказчика на действие непреодолимой силы.

Разрешая дела о заключении заказчиками контрактов с единственным поставщиком, суды также обращают внимание на временной промежуток разделяющий наступление природного явления и датой заключения контракта.

Согласно Решению АС г.Москвы от 14 сентября 2016 г. по делу N А40-130138/2016 Заказчик ссылался на факт того, что 20 сентября 2015 года в результате удара молнии были выведены из строя автоматическая пожарная сигнализация, система технических средств охраны периметра и система телевизионного охранного наблюдения в административных зданиях и на территории Заказчика. 07 апреля 2016 года Заказчика на Официальном сайте Российской Федерации для размещения информации о размещении заказов опубликована информация о контракте N 32 от 06.04.2016 (реестровый номер 1505008904216000020). Доводы заявителя об отсутствии финансирования в спорный период не были приняты судом во внимание, поскольку с момента происшествия - 21 сентября 2015 года, и до заключения контракта - 06 апреля 2016 года, прошел значительный промежуток времени, в течение которого у Заказчика имелась возможность провести конкурентные процедуры, предусмотренные Законом о контрактной системе. По мнению суда, изложенное согласуется с позицией АС МО, изложенной в постановлении от 01.04.2016 г. по делу А40-97911/15-121-785.

Достаточно часто в обоснование наличия действия непреодолимой силы стороны ссылаются на перебои с электроснабжением и как следствие отсутствие связи с сетью «Интернет». Однако арбитражные суды редко признают такого рода проблемы непреодолимой силой.

В качестве исключения из общего правила можно привести Решение АС г.Севастополя от 23 марта 2017 г. по делу N А84-2545/2016, в котором суд пришел к выводу о том, что неисполнение исполнителем обязательств по контракту обусловлено наступлением обстоятельств непреодолимой силы: перебоев в энергоснабжении, и как следствие, нестабильной работы сети Интернет, что подтверждается представленным в материалы дела указом Губернатора города Севастополя №113-95 от 22.11.2015, согласно которому введен с 01:00 22 ноября 2015 года на территории города Севастополя режим чрезвычайной ситуации для органов управления и сил Севастопольской городской территориальной подсистемы единой государственной системы предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций. Однако весьма показательно, что данное решение было отменено Постановлением Двадцать первого ААС от 17.07.2017 г.. Апелляционный суд в новом решении по делу отметил, что сторонами действия обстоятельств непреодолимой силы оговорены в разделе 8 Контракта, обстоятельства перечислены в п.8.1, при этом, указанные истцом обстоятельства - режим чрезвычайной ситуации, введенный указом Губернатора Севастополя - к данным обстоятельствам не относится. Кроме того, в пункте 8.4 контракта установлен порядок уведомления о наступлении обстоятельств непреодолимой силы, который обществом не соблюден, что лишает сторону права ссылаться на наступление обстоятельств непреодолимой силы при невозможности выполнения своих обязательств.

Кроме того, суд апелляционной инстанции указал, что условиями контракта не предусмотрена необходимость обеспечения заказчиком бесперебойного и удаленного доступа к сети заказчика, необходимость наличия бесперебойного Интернета также отсутствует в контракте и технических условиях к нему. Доказательства невозможности исполнения контракта без доступа в Интернет суду не представлены. Кроме того, согласно пункту 1.2 Контракта местом оказания услуг является город Севастополь, иных договоренностей о месте исполнения обязательств стороны не имеют, суду не представили.

Таким образом, даже перебои электроснабжения на всей территории отдельного субъекта, подтвержденные указом главы такого субъекта, не являются достаточным основанием полагать, что исполнение обязательств по контракту невозможно вследствие действия непреодолимой силы. Разумеется, к перебоям электроснабжения и проблемами с подключением к сети «Интернет» в отдельном офисе суды обычно относятся критически.

Отметим также, что обоснование невозможности подписания контракта в связи с выходом из рабочего строя компьютера судами также не принимается в качестве обстоятельства, свидетельствующего о непреодолимой силе.

Традиционно колебание курсов валют суды не относят к непреодолимой силе. Более того, в настоящее время пункт 1.3 Положения о порядке свидетельствования Торгово-промышленной палатой Российской Федерации обстоятельств непреодолимой силы (форс-мажор) прямо предусматривает, что к обстоятельствам непреодолимой силы (форс-мажору) не могут быть отнесены предпринимательские риски, такие как нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения обязательств товаров, финансово-экономический кризис, изменение валютного курса, девальвация национальной валюты, если условиями договора (контракта) прямо не предусмотрено иное, а также другие обстоятельства, которые стороны договорных отношений исключили из таковых.

Данное положение акта ТПП РФ суды часто упоминают в решениях, в том числе по делам, в которых поставщик оправдывает нарушение обязательств по поставке товара недобросовестностью своих контрагентов. Так, АС Забайкальского края в решении от 23 ноября 2017 г. по делу N А78-14200/2017 указал, что несоблюдение заводом-производителем сроков поставки товара не является обстоятельством непреодолимой силы. К аналогичным выводам пришел АС г.Санкт-Петербурга и Ленинградской области в решении от 21 мая 2019 г. по делу N А56-12936/2019, в котором признал снятие с производства товара (узел вращения карусели "Солнышко") обстоятельством, не относящимся к непреодолимой силе. Решением АС Республики Крым от 4 декабря 2017 г. по делу N А83-1396/2017 установлено, что ответчик не смог доказать относимость случая снятия с производства товара к форс-мажору.

Ожидаемо, что повышение цен на комплектующие изделия, материалы и оборудование также не признаются судами проявлениями непреодолимой силы.

Достаточно интересный случай стал предметом судебного разбирательства в АС Иркутской области. Заказчик отменил процедуру определения поставщика после подведения итогов электронного аукциона. В качестве причины отмены определения поставщика заказчик указал: «Приказ от 15.09.2017 об отмене аукциона в связи с увольнением генерального директора Колесникова Н.В. на основании распоряжения главы администрации № 438 от 11.09.2017 г.». Таким образом, на момент начала срока, в течение которого должен быть заключен контракт, у заказчика отсутствовал руководитель, а какое-либо иное лицо правом подписания контракта наделено не было. Один из участников закупки пожаловался в Иркутское УФАС России, которое признало отмену электронного аукциона незаконной. Однако АС Иркутской области решением от 17.01.2017 г. по делу № А19-21253/2017 признал действия заказчика законными, а решение антимонопольного органа недействительным, поскольку оформить электронную подпись на иное должностное лицо и подписать контракт в единой электронном системе в течение срока, предусмотренного частью 7 статьи 70 Закона о контрактной системе, заказчик не имел объективной возможности. Вместе с тем, решение суда первой инстанции было отменено постановлением Четвертого ААС от 11 апреля 2018 года. Суд апелляционной инстанции указал, что увольнение генерального директора не может являться чрезвычайным и исключительным обстоятельством, поскольку, «имея в наличии единственную ЭЦП, заказчик мог и должен был предвидеть наступление необходимости использования электронной подписи в момент отсутствия 6 генерального директора (отпуск, временная нетрудоспособность, служебная командировка, увольнение, смерть). Решение о наличии только одной ЭЦП, равно как и решение об отсутствии дополнительной электронной подписи является прямым волеизъявлением самого заказчика». Постановлением АС ВСО от 16.07.2018 г. решение апелляционной инстанции оставлено без изменения.

Отсутствие денежных средств также не признается судами обстоятельством, свидетельствующим о действии непреодолимой силы. АС Забайкальского края в решении от 18 декабря 2017 г. по делу N А78-11271/2017 напомнил, что согласно разъяснению Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 8 постановления Пленума от 22.06.2006 N 21 отсутствие у учреждения находящихся в его распоряжении денежных средств само по себе нельзя расценивать как принятие им всех мер для надлежащего исполнения обязательства с той степенью заботливости и осмотрительности, которая требовалась от него по характеру обязательства и условиям оборота. Из чего суд заключил, что «недофинансирование учреждения со стороны собственника его имущества само по себе не может служить обстоятельством, свидетельствующим об отсутствии вины учреждения». Аналогичную позицию занял и АС Республики Ингушетия в решении от 13 марта 2017 г. по делу N А18-1335/2016 (по иронии судьбы в данном деле, ссылаясь на экономический кризис и вызванное им перераспределение денежных средств, заказчик не в полной мере оплатил услуги по корректировке Стратегии социально-экономического развития Республики Ингушетия на 2009-2020 годы и на период до 2030 года).

Ту же позицию указал в своем решении и АС Нижегородской области в решении по делу А43-45244/2018 от 20.12.2018 г..

В другом деле ФГБУ ВО "Ивановский государственный университет" (заказчик) не оспаривая наличие основного долга за отопление помещений общежитий, указал, что за последние пять лет Министерство образования и науки Российской Федерации ввело ограничение приема на педагогические специальности для обучения за счет средств бюджета. Для выполнения данных заданий за Ивановским государственным университетом закреплены здания учебных корпусов и общежитий, которые университет должен отапливать независимо от числа студентов. ВУЗ полагало, что ограничение приема студентов на обучение за счет бюджетных средств, введенное Минобрнауки РФ, является обстоятельством непреодолимой силы, в связи с чем, университет подлежит освобождению от ответственности за просрочку исполнения денежного обязательства. Однако АС Ивановской области решением от 14 июня 2017 г. по делу N А17-2797/2017 встал на сторону истца, указав, что уменьшение размеров финансирования учебного заведения к действию непреодолимой силы не относится.

Случаются и вовсе курьезные попытки выдать ситуацию за обстоятельства, которые являются проявлением непреодолимой силы.

Так, из решения Арбитражного суда Челябинской области от 27 сентября 2017 г. по делу N А76-21217/2017 следует, что заказчик, следуя расхожей присказке о том, чтозима в России всегда наступает внезапно, обосновывая заключение контракта на газификацию населенного пункта с единственным подрядчиком, сослался на приближение отопительного сезона. Разумеется, ни Прокуратура Челябинской области, ни Челябинское УФАС России, ни суд не удовлетворились таким обоснованием.

Решением АС Республики Крым от 4 июля 2019 г. по делу N А83-18262/2018 установлено, что в обоснование отмены процедура закупки заказчик положил письмо Управления транспорта и связи администрации города Симферополя N 1040/14-05 от 27.08.2018, в котором содержится требование о том, что в целях предотвращения нецелевого расходования бюджетных средств необходимо воздержаться от самостоятельного приобретения программного обеспечения и оборудования (стационарных и мобильных валидаторов). Однако суд первой инстанции такое решение законным не признал.

Впрочем, не признаются действием непреодлимой силы и факты нецелевого расходования денежных средств, а также возбуждение уголовного дела с изъятием предмета закупки. Так, в решении АС Воронежской области от 10 апреля 2017 г. по делу N А14-17873/2016 отмечается, что факт просрочки исполнения обязательства по оплате подтверждается материалами дела и ответчиком (заказчиком) не оспаривается. Возможность освобождения ответчика от ответственности за просрочку исполнения обязательства по оплате оказанных услуг (работ), в связи с установлением комиссией ТФОМС Воронежской области использования ответчиком денежных средств ОМС не по целевому назначению в сумме 4 100 000 руб. 00 коп. (акт внеплановой тематической проверки использования средств обязательного медицинского страхования в БУЗ ВО "Воронежская городская поликлиника N 8" от 05.08.2016, предписание N 34 об устранении нарушений в использовании средств обязательного медицинского страхования, выявленных в проверяемом периоде с 01.01.2016 по 01.08.2016, требование N 28 о возврате денежных средств обязательного медицинского страхования, использованных не по целевому назначению, у уплате штрафа) и изъятием Управлением экономической безопасности и противодействия коррупции ГУ МВД России по Воронежской области в ходе оперативных мероприятий в рамках расследования уголовного дела части компьютерного томографа Bright Speed с приостановлением всех видов работ с ним (письмо N 22/2/3280 от 10.11.2016, протокол обыска от 03.10.2016) не может быть отнесено к обстоятельствам непреодолимой силы и не освобождает ответчика от выполнения обязательств по оплате, а также от ответственности за нарушение обязательств. Таким образом, суд признал требования истца о взыскании пени подлежащими удовлетворению.

Отметим, что даже такое явление как пожар отнюдь не всегда рассматривается судами в качестве непреодолимой силы, действие которой освобождает от ответственности за неисполнение обязательства. Так, в решении от 18 сентября 2017 г. по делу N А40-61614/2017 АС г.Москвы установил, что при проведении испытаний товара 27 июня 2014 года произошло возгорание оборудования, вследствие чего изделие было повреждено. Однако, по мнению суда, возникший в помещении ФГУП «ГосНИИПП» пожар не может быть отнесен к обстоятельствам непреодолимой силы, поскольку не отвечает признакам чрезвычайности и непредотвратимости. В обоснование данного вывода судом приведены ссылки на положения Федерального закона «О пожарной безопасности», в соответствии с которыми руководители организации обязаны соблюдать требования пожарной безопасности, разрабатывать и осуществлять меры по обеспечению пожарной безопасности, в то же время, как отмечается в решении, представленный в материалы судебного дела акт о возгорании не может быть использован в качестве доказательства пожара как обстоятельства непреодолимой силы, так как составлен заинтересованными лицами, не содержит требующую специальных познаний экспертизу причин и условий возникновения пожара, характера протекания пожара, причиненного ущерба.

В заключение отметим, что зачастую заказчики включают в проекты контрактов условие, согласно которому срок действия контракта продлевается на период действия непреодолимой силы. Данное условие, хотя прямо и не предусмотрено законодательством о контрактной системе, признается судами соответствующим положениям гражданского законодательства, однако такие решения судов принимаются зачастую при обжаловании решений антимонопольных органов. Таким образом, включение аналогичного условия в проект контракта является риском заказчика.

В заключение отметим, что отказ квалификации обстоятельства в качестве действия необратимой силы еще не означает, что на определенное обстоятельство ссылаться бессмысленно. Возможно, более продуктивно было бы рассматривать отдельно взятую ситуацию в качестве существенного изменения обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора (ст. 451 ГК РФ). Кроме того, любое обстоятельство (хотя бы и не относящееся к действию непреодолимой силы) может быть истолковано судом или антимонопольным органом как подтверждение отсутствия умысла, направленного на недобросовестное поведение.

Надеемся, данная статья поможет субъектам контрактной системы при определении возможности отнесения конкретной ситуации к проявлению действия непреодолимой силы в процессе профессиональной деятельности.



Автор – Удалихин А.В., директор ООО "НСО"
02.11.2019 г.

Made on
Tilda